Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

"...Над диваном, где он сиживал, висела большая картина"

Буквально все его предупреждали: "Иван Андреевич, эта картина у вас точно когда-нибудь со стены шмякнется! Неровен час - по голове".

И Гнедич предупреждал, с которым они жили на одной лестнице, и вся семья Олениных, у которых он обедал по воскресеньям, и Жуковский...

А он только улыбался и говорил, что все математически рассчитал, и картина пролетит мимо.

Это факт общеизвестный, о нем даже А.С. Пушкин писал в седьмом томе своего собрания сочинений в десяти томах.

Вот такой был Иван Андреевич хладнокровный и рассудительный. Оттого и басни у него все нравоучительные, с моралью.

Например, "Квартет". Назидательная и, по сути, очень печальная история о том, как критик Соловей на корню загубил карьеру начинающей четверке музыкантов.

Страшно сказать, что было бы, попадись такой Соловей вместо доброжелательного Брайана Эпстайна квартету "The Beatles". Даже думать об этом не хочется.

Гораздо приятнее подумать о том...

Возвращение Незнайки

Вечером пришла Кнопочка и позвала его на концерт.
Незнайка, всё время после возвращения на Землю пребывавший в мрачном расположении духа, неожиданно согласился.
– Кто выступает? – только и спросил он, пока они шагали к Зелёному театру.
– Солёный и "Огуречики", – сказала Кнопочка. – Очень прикольные.

Незнайка искоса посмотрел на нее.
– Чего? – спросила Кнопочка.
– Ты теперь всегда так одеваешься? – спросил Незнайка. – На Пачкулю Пестренького похожа.
Кнопочка обиделась и хотела стукнуть Незнайку, но передумала.

– А правда, что на Луне теперь все снова носят "варёнку"? – спросила она.
– Не знаю, – пожал плечами Незнайка. – Давно не был.

Театр был полон. Пришел даже и сидел важно в своей почётной ложе сам мэр городка Цветочный-таун Сахарин Сахариныч Сиропчик. "Хороший, наверное, концерт", – подумал Незнайка.

Все коротышки...

Вспомнить всё



Память возвращалась медленно и неохотно.
"Хасан! Портного звали Хасан, а никакой не Абу и не Али!"

Затем в голове заиграл аккордеон, и сами собой гладко полились слова:
Daß's im Wald finster ist,
das macht das Blatt.
Dass mich kein Mädel mag,
das macht mich matt..


"Точно! И никаких майн шатц-катц... "
От радости он заорал, не сдержавшись, дурным голосом.
В ветвях завозились..
.

(а дальше?)

А ты с какого парохода?



От ответа на этот каверзный вопрос герой песни про бескозырку белую, в полоску воротник, как вы все с детства помните, ловко уклоняется.

Не отвечает он и на другой вопрос приставучих смелых пионеров: "И на каких морях ты побывал, моряк?".

Как думаете, почему?

Да потому что не бывал он ни на каких морях!

Бескозырка, воротник, тельняшка, золотые якоря и нашивки - это всё понты.

Любому квартету нужен пятый

Однажды Лебедь, Рак и Щука задумали сыграть квартет.

Четвертым взяли Воз с поклажей.

Ничего не получилось. Полное фиаско.

Вторая попытка - Осёл, Козёл, проказница Мартышка и косолапый Мишка.

Тоже провал.

А шанс ведь был!

Криминальный квартет

Жил на свете Мельник. И был у него Осёл.
Ах, до чего ж умен Осёл!
Вместо, чтоб мешки таскать, возьмёт, бывало, гитару:
– Спляшем, Мельник?
– Спляшем!
И вот однажды Мельник, наплясавшись в очередной раз, рухнул без сил на мешки, отдышался, огляделся: зерно который день не молото, жернова украли… – и говорит:
– Знаешь, что, Осёл… Старый я уже стал, силы не те плясать. А не пошёл бы ты лучше, скажем, в немецкий город Бремен!
– Да легко! – согласился Осёл. – Стану там уличным музыкантом.
Так и сделал. Пошел в Бремен.

Идет Осёл по лесу, аккорды перебирает, кричит по-ослиному. И вдруг видит – стоит в кустах серый Козёл.
– Привет! – говорит Осёл. – Ты чего здесь?
– Привет! - отвечает Козёл. – Вообще-то я у бабушки жил. Только она старенькая уже совсем, ходит плохо. А мне вот, вздумалось в лес погуляти. А тут, гляди, чего…
Раздвинул кусты, а там – рояль!
Козёл сел за рояль, заиграл, обернулся к Ослу, сделал страшную козлиную морду и нарочно ужасным и громким голосом запел:
– На-па-али на коз-ли-ка серые вол-ки…
Тут Осёл не выдержал и зарыдал, до того хорошо у козла получилось.
Когда Козёл допел, Осёл вытер слёзы и говорит:
– А пойдем со мной в немецкий город Бремен! Станем там уличными музыкантами. С такой жалостной песней мы с тобой там по электричкам талеры лопатой грести будем!
– По электричкам? – переспросил Козёл и с сомнением посмотрел на рояль.
А потом радостно закричал:
– Так я же еще на саксе могу: «Фа-фа-фа»»!..
– Клёво! – одобрил Осёл.

И они пошли вместе. Осёл аккорды перебирает, кричит по-ослиному. Козёл на саксе: «Фа-фа-фа»!.. И вдруг видят – навстречу им обезьяна, худая и грязная. А на шее веревка.
– Привет, Мартышка! – говорят Осёл и Козёл хором. – Ты чего здесь?
– Я убежала от злого шарманщика, – отвечает Мартышка.
– Бедняжка! – говорят Осёл и Козёл. – Он тебя бил и всюду таскал за собой на верёвке?
– Чего бы вдруг? – изумилась Мартышка. –Нет, он мне петь запретил.
Мартышка поправила веревку, и оказалось, что на ней за спиной была шарманка.
Крутнула Мартышка ручку и запела:
– Дочь родилась у шарманщика старого Карло, радостный папа не знал, как малютку назвать…
Осёл и Козёл зааплодировали. А Мартышка сказала:
– Народу тоже понравилось. А Карло разозлился, что все смеются и пальцами тычут. Сказал, чтоб я больше никогда такого не пела. Вот я и убежала.
– И шарманку с собой прихватила. Ну ты и проказница! – восхитился Осёл. – А пойдём с нами в немецкий город Бремен! Станем там уличными музыкантами.
– Супер! – согласилась Мартышка.

И они пошли вместе. Осёл аккорды перебирает, кричит по-ослиному. Козёл на саксе: «Фа-фа-фа»!.. Мартышка шарманку крутит: «Лай-лай-лай…»
И вдруг слышат – ревёт кто-то.
– Вот это басы! – восхитился Осёл.
Смотрят – а на полянке медведь сидит, перед ним бревно расщепленное. Медведь лапы в нём защемил и ревёт дурным голосом.
– Превед, медвед! – говорят Осёл и Козёл хором. – Ты чего здесь?
Только их и не слышно совсем. Медведь, знай, орёт, не отвечает.
Мартышка говорит:
– Да вы на лапы-то его поглядите!
– Точно! – говорит Осёл. – Бабу не проведешь, она сердцем видит!
Забили Осёл и Козёл в бревно клин, медведь лапы вытащил, реветь перестал:
– «Чего-чего» – живу я здесь! А тут этот… Маттть… – и аж зашипел от злости.
– Стоп! – закричал Осёл. – С нами ба… Мартышка, то есть.
– А я что? – удивился медведь. – Матти, говорю, этот. С кантеле своим. Он играет, я танцую. Потом: «Хочешь, говорит, музыкантом стать? Тогда надо лапы потоньше сделать. Суй вот сюда», – а сам, подлец, клин выбил.
– А ты и вправду музыкантом хочешь стать? – спрашивает Осёл.
– И стану! – отвечает упрямо медведь. – У меня теперь даже кантеле есть!
Поглядели они – и верно, лежит рядом кантеле.
– А этот… Матти? Он где? – спрашивает Козёл. – Кантеле бросил и убежал?
– Не успел, – говорит медведь. –Я же в щель задние лапы сунул. А передние – вот они, свободные!
Козёл покосился на его лапы, заглянул за бревно и содрогнулся: «Да уж… рожки да ножки…»
– Кстати, почему задние-то? – спросил Осёл
Медведь смутился:
– Ну, я хотел, чтобы ещё танцевать хорошо. Я же косолапый. А если музыкант и танцор – два в одном, тогда совсем другой тариф.
– Чтобы танцевать – это не лапы надо было, – задумчиво сказал Осёл.
А Мартышка поспешно сказала:
– Мишка, пойдём с нами в немецкий город Бремен! Станем там уличными музыкантами.
– Нет! – сказал вдруг Осёл. – Мы не пойдем в немецкий город Бремен.
– Почему? – огорчились все, и косолапый Мишка тоже.
– Считать умеете? – спросил Осёл. – До четырёх хотя бы? Мы теперь – квартет! Поэтому пойдем мы в английский город Ливерпуль.

Тут сверху кто-то засвистел и захохотал. А потом ехидно спросил:
– Может, сперва порепетируете хоть?
– А ты кто? – удивился квартет хором.
– Соловей я, кто же еще, – сказали сверху. – Книжки читать надо!
После таких слов все застыдились и согласились, что – да, надо бы слегка порепетировать.
Расселись на лужок. Осёл аккорды перебирает, кричит по-ослиному. Козёл на саксе: «Фа-фа-фа»!.. Мартышка шарманку крутит: «Лай-лай-лай…» Косолапый Мишка по струнам кантеле лапой вдарил, заревел…
– Стой, братцы, стой, – кричит Мартышка. – Не так сели! Ты с басом, Мишенька, отсядь…
– Плохо реву? – забеспокоился Мишка. – Может, мне задние опять в бревно сунуть?
Пересели. Мартышка шарманку крутит: «Лай-лай-лай…» Козёл на саксе: «Фа-фа-фа»!.. Осёл аккорды перебирает, кричит по-ослиному. Косолапый Мишка по струнам кантеле лапой вдарил, заревел…
– Постойте, я ж сыскал секрет, – кричит Осёл.
– Облом! – сказали сверху авторитетно.
– Это почему? – спросил Осёл.
– Во-первых, потому что с таким названием квартет уже был. Во-вторых, вы, все равно облажаетесь, как ни садитесь. Не ваше это, ребята, поверьте! А есть у вас, вижу я, к криминалу явные наклонности…
Наверху завозились, зашелестели листьями, затрещали сучьями. Вниз свесилась косоглазая рожа совершенно разбойничьего вида.
– Разрешите представиться, – сказала рожа. – Соловей Одихмантьевич, к вашим услугам! Значит, вот какое, братва, деловое предложение. Есть тут неподалеку изба в лесу…
И Соловей-Разбойник, свесившись еще ниже, зашептал, присвистывая, подробности. Но это уже совсем другая история.

Собачья верность

— Фить-фить! Ступай со мной, Шарик!
«Это я-то — Шарик?», — изумилась она, но пошла за ним в божественное тепло квартиры.

— Где же вы такую взяли?
— Такую? Вздор! — господин говорил отрывисто, точно командовал. — Впрочем… Погоди-ка, не вертись, фить... Гм... Да стой ты смирно! Действительно, не Шарик… Это… форменная Тётка!

Был зимний вечер. Конец января. На притолоке у двери в приемную висел белый лист бумаги, на коем было написано:
«Петь от 5 часов дня до 7 часов утра воспрещается».
За двумя стенами пели:
— Ландыши, ландыши, светлого мая привет…
— Скажи ей, что пять часов, чтобы прекратила. И позови сюда, пожалуйста.

У портьеры, прислонившись к притолоке, стоит молодая женщина в шляпе с тремя страусовыми перьями: оранжевым, небесно-голубым и красным. Передник на ней почти не грязный, истрепанное пальтишко тоже как будто немного почищено. Жалкая фигурка патетична в своей напыщенности и невинном самодовольстве.
— Откуда взялась эта гадость? Я говорю о шляпе.
— Что ж... «гадость»… шикарная шляпа. Наследственная. От тётки досталась.
— Чепуху говорите! Не забывайте, что вы... э... гм... вы ведь, так сказать, неожиданно появившееся существо, лабораторное. Какая у вас может быть тётка?
— Известное дело, какая! Здоровенная такая была тётка. Говорят, что от инфлюэнцы померла. А я так думаю, просто укокошили старуху!
Collapse )
---------------
обнаружил, что везде - и на Озоне, и на ЛитРесе, и на Амазоне... -  бесплатные 25 процентов  книжки обрываются как раз на середине этого текста. А это садизм :)
Поэтому вот он целиком.

календарное

а Роза упала на лапу Азора,
и Клара в салат уронила кларнет...
четвертые сутки закончатся скоро,
и сил никаких уже праздновать нет!

музыку навеяло

Как попалось случайно  на глаза это фото, так не могу отделаться от печальной старинной песенки про сурка - в интерпретации хора московских архитекторов "Кохинор", конечно.

По разным странам я блуждал
С идеей мировою.
И написал я "Капитал",
И мой дружок со мною.

И там, и сям, и там, и сям
Мы с Фридрихом слонялись,
И пролетарии всех стран
Везде соединялись...