?

Log in

No account? Create an account

sandro_iz_che


sandro_iz_che

"СЛОВА! КАК МНОГО БУКВЪ И ЗВУКОВЪ..."


Коричневая пуговка лежала на дороге
sandro_iz_che

Шпионы и прознатчики в Тридесятом царстве попадались не так, чтобы часто, однако случалось. Правда, редкий из них добирался до середины, то есть, до холма с Избой-читальней. Задерживали, как правило, еще на дальних подступах.

Попадались они практически на одном и том же — приставали ко всем встречным-поперечным с вопросом: «Вы не скажете, как пройти в библиотеку?» Тут-то их бдительные тридесятники и вязали на иностранном слове.

Самые ловкие и ушлые ухитрялись достичь холма молча. Но и тут совершали ошибку — лезли на него, как полагается, видимо, лазутчикам, с ночной стороны. Что опять-таки вызывало подозрение, и кто-нибудь из местных обязательно обегал холм со стороны полуденной, с запасом — предупредить заведующую. Та благодарила за службу, тут же, без бюрократии выдавала шоколадную медаль — у нее была целая коробка на такие случаи. А лазутчиков тех больше никто не видел и ничего не слыхал про их судьбу. Это добавляло старушке уважения.

Справедливости ради, скажем, что спалившиеся на вопросах лопухи оказывались чаще всего невсамделишными шпионами. Их засылал сам царь-батюшка для проверки общего состояния бдительности и обороноспособности государства.

А последний случай, так и оставшийся неразгаданным, произошёл

Древние обряды перед сватовством царевичей
sandro_iz_che

...Все трое братьев с утра пораньше прошли процедуру еще одного странного обряда, обязательного к исполнению царскими сыновьями перед стрелковым сватовством. Смысл его был невнятный, но ритуал за века разработан до мельчайших деталей. Сыновья собирались в тронном зале, и батюшка лично проверял, нет ли на них недозволенных головных уборов. Потом он взбирался на трон и, воздев жезл, оглашал свою монаршую и отцовскую волю:

— А ступай-ка ты, старший сын мой, на двор!

Старший повиновался.

Выждав недолгое время, царь посылал за ним следом среднего сына.

А затем и младшего.

Причем, младшему по сценарию полагалось сначала заплакать, затем сказать:

— Делать нечего, хочешь не хочешь, а идти надо, — и только потом отправляться за братьями.

Иван свою роль исполнил халтурно. Захныкал ненатурально, протараторил сакральную фразу без выражения и выскочил во двор.

Батюшка поморщился, но промолчал.

Во дворе Иван наскоро наступил на грабли и ловко увернулся, чтобы не попало по лбу. Это ему удалось, потому что грабли клали стандартные, подогнанные под рост взрослого человека, а не недоросля.

Но по плечу Ивана, всё-таки, хлопнуло ощутимо, он зашипел сквозь зубы, помахал братьям рукой, крикнул, что придёт прямо к началу стрельб, и дунул со двора по своим неотложным делам.

Африкан и Мокий, устроившись на завалинке дворца...